Версия для мобильных
 
Логин/e-mail: Пароль:  
Официальный сайт Уполномоченного по правам ребенка в Санкт-Петербурге
spbdeti.org







О работе Уполномоченного \ Экспертный совет \

Получить аттестат, чтобы жить

Из-за проблем со здоровьем петербуржец Павел* не может сдать государственный итоговый экзамен. Без результатов экзамена его отказываются зачислять в 10 класс, а это ему крайне необходимо. Лишившись возможности учиться, юноша потеряет всякую связь с внешним миром. Уполномоченный по правам ребенка разбиралась в этой запутанной и грустной истории.

Когда сыну Алины Ивановны* исполнилось 8 лет, у него обнаружилось редкое генетическое заболевание. Тогда мать впервые услышала страшные слова: «Павел* скоро станет инвалидом и не сможет жить, как все обычные дети. Болезнь неизлечима и будет прогрессировать». Единственное, чем смогли утешить Алину Ивановну врачи - на «светлой голове» сына недуг не отразится. «Несмотря ни на что, не бросайте школу, - настоятельно рекомендовали медики. - Даст Бог, он еще поступит в университет».

С каждым днем Паше становилось всё труднее самостоятельно передвигаться. Из-за постоянных больничных он пропускал много уроков в школе. Алина Ивановна надеялась, что педагоги войдут в положение, проявят сочувствие к ребенку, но не тут-то было. В первой же беседе администрация образовательного учреждения, как показалось матери, намекнула, что Пашу следует забрать из школы. Но Алина Ивановна рассказала о намерении перейти на домашнее обучение, чтобы учителя приходили к Паше сами и занимались с ним по индивидуальной программе.

Алина Ивановна принесла в школу все справки о состоянии здоровья сына и рекомендации медиков, как лучше организовать для него учебный процесс. Например, мальчику можно было заниматься не более 15 минут, а далее ему требовался длительный перерыв. Были у врачей и другие требования: исключить из программы предметы, которые он из-за тремора рук не в силах освоить.

Но менять программу ради Паши никто не стал. Уроки хоть и были в три раза короче обычных, учителя не делали поблажек для «особого» ребенка. Паша не жаловался, но несколько раз Алина Ивановна видела, что ему задают на дом. «Ребенок не может положить в чай сахар, а его просят заполнить контурные карты!» - возмущалась мать. Она снова шла разговаривать с руководством школы, но понимания не находила.

«Несоблюдение рекомендаций врачей грозит Паше серьезными осложнениями! Почему они не выполняются? Думаете, я придумываю, а он притворяется? У Вас же есть все документы!», – спрашивала мать.

«Мы работаем в соответствии с законом «Об Образовании в РФ». То, что написали врачи выполнить невозможно», – отвечали ей.

Алина Ивановна считала, что школа не идет на уступки из-за необоснованной принципиальной позиции, а в руководстве образовательного учреждения не понимали, почему у женщины столько требований и претензий.

Конфликт с каждым годом разгорался все ярче, и к 9-му классу обострился до предела. Паше нужно было сдавать ГИА, чтобы перейти в 10 класс. Но сидеть и несколько часов подряд отвечать на вопросы мальчику не позволяло здоровье. Алина Ивановна попросила директора школы перевести Пашу в 10 класс без итогового экзамена, но получила категорический отказ.

Сдаваться мама не собиралась, ведь учеба для её сына была жизненно необходима. Дети-инвалиды, ограниченные в передвижении, но имеющие «сохранный» интеллект, могут работать на компьютере, смотреть телевизор, общаться с друзьями в социальных сетях. Болезнь лишила Пашу возможности пользоваться этими благами цивилизации. Единственное «окно в мир», которое у него осталось – приходящие учителя, занятия, домашние задания. Продолжив обучение, Паша сохранит мечту поступить в вуз. А если его не переведут в 10 класс, что у него останется?

Алина Ивановна обратилась за помощью к Уполномоченному по правам ребенка. Специалисты аппарата объяснили ей, почему школа не выполняла рекомендации врачей. Дело в том, что хоть все справки Паши были в переданы школу, учителя, приходившие к нему, их не видели. В медицинских документах указаны персональные данные, разглашение которых преследуется по закону. Правда, даже если бы учителя прочитали выводы врачей, то вряд ли что-то поняли. Для педагогов сложные диагнозы и медицинские термины – загадка, да и не их задача разбираться, как при данной болезни обучать ребенка. Перевести «медицинский» язык на «образовательный» должна была психолого-медико-педагогическая комиссия. Но Алина Ивановна не знала о её существовании, а школа, как это ни странно, за столь долгий срок работы с семьей ни разу про эту службу не рассказала.

Еще один камень преткновения – предметы, освоить которые Паша никогда не сможет. В индивидуальной программе реабилитации инвалида написано: «снять два предмета: ИЗО и труд». Однако, сделать это, не нарушив закон «Об образовании в РФ» нельзя: предметы общеобразовательной программы не могут исключаться из индивидуального плана учащегося полностью. Возможно лишь организовать обучение по ним без практических занятий.

Перевести ученика в 10 класс без итогов государственного итогового экзамена образовательное учреждение также не имеет права. К сожалению, Пашину ситуацию действующее законодательство не учитывает. Формат ГИА для детей с ограниченными возможностями здоровья не предусматривает проведение экзамена по 15 минут с большими перерывами, а более длительная работа в условиях стресса может стать причиной развития у юноши инсульта или инфаркта. Поскольку мальчик аттестован по итогам года и допущен к ГИА, школа может выдать ему справку об окончании обучения. Но получение справки, а не аттестата, не даст возможности молодому человеку перейти в 10 класс. Школа предупредила маму: если юноша пропустит экзамен, он будет отчислен. А Алина Ивановна не могла этого допустить.

Чтобы выяснить, чем можно помочь Паше, Уполномоченный по правам ребенка собрала Экспертный совет. На нем присутствовали не только директор школы, но и представители администрации Московского района и Комитета по образованию, а также поликлиники, в которой долгое время наблюдается юноша. Обсудив все возможные варианты, эксперты пришли к выводу, что в рамках существующего законодательства организовать получение аттестата проблематично. Но если будет получено разрешение Министерства образования и науки РФ, то школа пойдет на этот шаг.

По итогам Экспертного совета Уполномоченный по правам ребенка направила запрос в Минобр, попросив разъяснить, есть ли возможность зачислить Павла в 10 класс, имея только справку об окончании ступени общего образования. Кроме того, Светлана Агапитова предложила федеральному ведомству проверить работу школы и оценить, правильно ли была составлена индивидуальная программа обучения юноши.

Светлана Агапитова: «Очень жаль, что конфликт между школой и мамой достиг такого масштаба, что самая простая просьба стала вызывать у обеих сторон протестную реакцию. Я уверена, не будь этой борьбы, ситуация разрешилась бы раньше и без таких стрессов. Павел прошел бы психолого-медико-педагогическую комиссию, и индивидуальный образовательный маршрут был выработан в соответствии с её заключением. Тогда и у мамы, героически отстаивающей права своего сына, не было бы вопросов и претензий.

На данный момент мы договорились с Комитетом по образованию, что пока не придет ответ из Министерства по образованию, отчислять Пашу из школы не будут. Правда, отрицательный ответ Алину Ивановну не устроит, и она будет обращаться в суд».

*Имя изменено

Также по теме «Образование»

Эта тема в докладе Уполномоченного: Защита прав и законных интересов ребенка в сфере образования


Добавить комментарий:

E-mail:   Пароль:

Не зарегистрированы? Регистрация

 Пожалуйста, введите код с картинки:



Мы в соцсетях:


           

© 2010-2018 Уполномоченный по правам ребёнка в Санкт-Петербурге. СПб, переулок Гривцова, д. 11 Тел. (812) 576-70-00